Дубовая роща
Mar. 16th, 2015 07:53 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
m_zimaКогда в 1946 году мои предки взяли здесь участок земли, вокруг были голые холмы, ни деревца. Мой дед работал завхозом на лесозащитной станции (так тогда называлось лесничество). С 1949 года он занимался озеленением пригородов Луганска. В его обязанности входило привозить на самолёте выращенные в питомнике саженцы деревьев, которые затем высаживались в окрестностях города. Бригады, занимавшиеся посадкой деревьев, формировались из местных нетрудоустроенных женщин. Среди них была и моя прабабушка Елизавета.
За несколько лет они засадили лесом всю северную и северо-восточную окраины Луганска. Если вы посмотрите на карту, то увидите огромный зелёный массив. Это их труд. Да и не только это: мне известно, что в составе такой бригады прабабушка Елизавета сажала сосну и в Кондрашовке.
В промежутке между 1949 – 1951 годами они посадили лес в 300 метрах от нашего дома. Здесь же они заложили и дубовую рощу. Ей уже более 60 лет.
Эта роща была моим «местом силы», в лесу же прошло всё моё детство. Сейчас он непроходим, но раньше я знала здесь каждую тропку. Ведала, где лисьи норы; куда пойти, чтобы увидеть зайца; а где обязательно спугнёшь фазана. Когда-то здесь были даже косули, а ещё раньше – лоси и кабаны.
В детстве у меня была хижина на краю самого глубокого оврага. Его почти отвесный южный склон порос мхом, и всегда был влажным и скользким, даже в июле. А ещё там росла единственная во всём лесу маленькая сосенка, видимо, проклюнувшаяся из семечка, принесённого сюда птицами. Я приходила в эту хижину, чтобы почитать.
С детства я знаю здесь каждую травку, могу рассказать, какая что лечит, и приготовить отвар. Бабушки на лавочках вечно шептались: «Вырастет – знахаркой станет».
В этом лесу я из года в год собирала дикие травы, душистую землянику, войлочную вишню и сладкий цвет акации, а по осени - плоды лоха и шиповника. Это был особый, очень личный ритуал.
***
Сгорела дубовая роща, а травы напились кровушки. Не подпускают к лесу оставшиеся там неразорвавшиеся снаряды, забытые растяжки и минные поля.
В последний раз я гуляла в этом лесу 1 июля. Я ещё не знала, что совсем скоро на эту землю обрушится война с её пожарами, бензопилами и осколочными снарядами. В тот же день я записала вот это видео. Я очень дорожу этими фрагментами и памятью о той жизни. В этом было и остаётся очень много меня.
Роща моей прабабушки, какой я её видела в последний раз.
За несколько лет они засадили лесом всю северную и северо-восточную окраины Луганска. Если вы посмотрите на карту, то увидите огромный зелёный массив. Это их труд. Да и не только это: мне известно, что в составе такой бригады прабабушка Елизавета сажала сосну и в Кондрашовке.
В промежутке между 1949 – 1951 годами они посадили лес в 300 метрах от нашего дома. Здесь же они заложили и дубовую рощу. Ей уже более 60 лет.
Эта роща была моим «местом силы», в лесу же прошло всё моё детство. Сейчас он непроходим, но раньше я знала здесь каждую тропку. Ведала, где лисьи норы; куда пойти, чтобы увидеть зайца; а где обязательно спугнёшь фазана. Когда-то здесь были даже косули, а ещё раньше – лоси и кабаны.
В детстве у меня была хижина на краю самого глубокого оврага. Его почти отвесный южный склон порос мхом, и всегда был влажным и скользким, даже в июле. А ещё там росла единственная во всём лесу маленькая сосенка, видимо, проклюнувшаяся из семечка, принесённого сюда птицами. Я приходила в эту хижину, чтобы почитать.
С детства я знаю здесь каждую травку, могу рассказать, какая что лечит, и приготовить отвар. Бабушки на лавочках вечно шептались: «Вырастет – знахаркой станет».
В этом лесу я из года в год собирала дикие травы, душистую землянику, войлочную вишню и сладкий цвет акации, а по осени - плоды лоха и шиповника. Это был особый, очень личный ритуал.
***
Сгорела дубовая роща, а травы напились кровушки. Не подпускают к лесу оставшиеся там неразорвавшиеся снаряды, забытые растяжки и минные поля.
В последний раз я гуляла в этом лесу 1 июля. Я ещё не знала, что совсем скоро на эту землю обрушится война с её пожарами, бензопилами и осколочными снарядами. В тот же день я записала вот это видео. Я очень дорожу этими фрагментами и памятью о той жизни. В этом было и остаётся очень много меня.
Роща моей прабабушки, какой я её видела в последний раз.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2015-03-16 06:35 am (UTC)no subject
Date: 2015-03-16 06:58 am (UTC)no subject
Date: 2015-03-16 08:55 am (UTC)no subject
Date: 2015-03-16 01:11 pm (UTC)Я выросла в городе, моими закоулками были тропки дворика и глухое, запретное пространство, почти Мордор - "за домом". Там всегда была холодно и темно (тень от пятиэтажки и редких деревьев. И почему-то тянуло сыростью из подвала. Мы тайком сбегали туда от взрослых, чтобы сжечь спички, тайком вынесенные кем-то из дома.
В маленьком городке, где я выросла, принято сажать фруктовые деревья вместо лиственных. Летом город утопает в ковре из павших яблок и абрикос.
Поэтому во-дворе можно было пропадать хоть целый день, без захода на обед - достаточно было залезть на ближайшее по сезону дерево и натрусить себе груш на завтрака или нарвать полный подол черешни на обед.
А студентом легко было сэкономить на дороге и на завтраке - берешь с собой полпачки печенья, выходишь пораньше и шагаешь пешком, срезая путь через частный сектор. Жуешь печенье и обрываешь вишню - около километра идешь сквозь сплошной вишневый сад:)
Но у меня было свое "место силы" - небольшой дворик частного домика дедушки, который тот тоже построил самостоятельно, когда получил участок в 60-х года. Это сейчас за забором раскинулся город. А в архиве хранится фотография молодого отца, который стоит у плетня и за его плечами - только поля и поля)))
В этом садите, утопающем в зелени, до сих пор растет орех - перегнулся через забор и устало склонился над переулком. Я в детстве сбегала от бабушки, брала с собой "Два капитана" и пряталась, чтобы почитать на его ветка. Там было такое удобное местечко, развилка веток. Прохожие проходили внизу, мои ноги чуть не касались их головы. Но при этом никто не догадывался поднять глаза кверху и разглядеть меня в листке. Это было так... интимно. Наедине и со всеми.
В моем городе не ведется военных действий. Но война звучит в каждом уголке. Мой город - родина киборгов. Он увешан плакатами молодых красивых парней, чьи фото как и жизнь перечеркнута лаконично черной лентой.
Эти ребята смотрят с плакатов на овраг, где мы в детстве играли в войнушки - играли еще до рождения многих из них. Мы бросали жребий - одни должны были играть за "наших", другие - за "немцев". "За немцев никто не хотел играть.
Теперь в том же овраге уже другие дети играют в войнушки - за наших и за русских.
no subject
Date: 2015-03-16 03:38 pm (UTC)но все это горько.